☕ Ультрамариновый Кофе для Калуги и Обнинска

Дурная символика

Среди патриотов историей принято гордиться. Для чего знать её совершенно не обязательно

Дурная символика

Изоляционизм – это воля заниматься
своими делами и не лезть в чужие.

Филофей Гусев-Лебедев, изоляционист

Прогрессивная общественность ликует по случаю взятия Пальмиры. И либеральная ликует, и патриотическая.  Либералы думают, что от пальмирских развалин начнётся возрождение дружбы с Западом, патриоты надеются, что Пальмира была взята к вящей славе русского оружия. И, конечно, всех приводят в трепет виды руин, знакомые каждому, кто за последние полвека хоть раз держал в руках школьный учебник по истории древнего мира.

Но радость патриотической общественности в очередной раз исходит из того, что она не знает историю. Ибо среди патриотов историей принято гордиться. Для чего знать её совершенно не обязательно.

Возьмём хотя бы название: «Пальмира». Вообще-то оазис и город в нем на языках местного населения называется Тадмор. Уже тыщи три лет так называется. Но, кроме этого местного населения, название «Тадмор» никто не знает. Зато все знают название «Пальмира». Греческий перевод. А откуда он взялся?

Когда-то Александр Македонский со своими диадохами и эпигонами завоевал весь Ближний Восток, переселил в ближневосточные города несколько десятков тысяч нищих греков, не находивших себе применения на родине, и провозгласил этих греков местной элитой. Старая местная знать стала с этими греками усиленно спариваться смешиваться, перенимать их обычаи и язык. Строить парадную часть городов в греческом стиле (в Тадморе это особенно процветало). И для удобства завоевателей даже название перевели на греческий язык. И всё это безобразие, очень похожее на вестернизацию России со времён Петра Первого, получило название «эллинизм».

Для рядовых жителей Тадмора ситуация от этого только ухудшилась. Общественные работы и налоги выросли, а вот городская канализация – не увеличилась (средства шли на дворцы, храмы и прочие форумы), и попасть в число тех, кому этой канализацией дозволялось пользоваться, становилось всё труднее. Короче, между элитой и народом выросла пропасть в языке, культуре, образовании, образе жизни… Прям как у нас в XVIII-XIX веках. Ну, вы помните, какими методами у нас эту пропасть потихоньку преодолели, начиная с 17-го года…

Но на просвещенных греков (а затем и римлян), иногда заезжавших в эти края с Запада, все эти дворцы-храмы-форумы производили неизгладимое впечатление. И пошло отсюда сказание о Пальмире – прекрасном городе-призраке, мираже в пустыне. И другие города-призраки, построенные в чуждых странах по западным образцам, стали нарекать Пальмирами. Знаете, есть на болотах Северная Пальмира… Пустыня, болото – какая, …, разница… Северной Пальмире даже название сразу иноземное дали. Чтоб было понятно, кто для неё референтная группа.

А в римские времена в истории Пальмиры был ещё самый знаменитый и самый душераздирающий эпизод.

В ту пору Пальмира была маленьким эллинистическим царством на восточной границе Pax Romana. Но Империя вступила в пору затяжного кризиса и гражданских войн. И её восточные области всё чаще опустошали персы, нанося поражение римским армиям. В 260-м году пальмирский правитель Оденат объединил под своей властью ряд вассальных Риму царств и восточных провинций самой Империи – всё равно Рим в тот момент удержать их не мог. Пальмирское царство стало самым могущественным между Римом и Персией. Оденат втянулся в затяжные войны с Персией и даже захватил тогдашнюю персидскую столицу Ктесифон. Персам стало не до восточных районов Римской империи…

А тем временем сначала Клавдий Второй, а потом Аврелиан постепенно приводили в чувство историческое ядро Империи. Восстановили боеспособность армии. Привели к покорности мятежные провинции. Отбили варварские нашествия.  Им ведь не мешал самый грозный противник Империи – сасанидская Персия. От персов Рим в тот момент был надёжно прикрыт пальмирским щитом…

Когда порядок на Западе был восстановлен, дошла очередь и до Пальмиры. Две войны Аврелиана против Пальмирского царства не заняли и полутора лет.  Оденат и его вдова Зенобия сохранили   одним большим куском восточные провинции Империи – и вернули их прежнему хозяину в цельности и сохранности. А саму Пальмиру римляне разрушили. Отчего и появились те замечательные развалины, которыми сегодня так гордится всё прогрессивное человечество...

11.04.16
Филофей Гусев-Лебедев
русский изоляционист
*Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
филофей
Вот и всё. Сдали. Теперь развалины окончательно потеряют коммерческий вид и символическую значимость.
Ответить

еее
RE: -  (Вот и всё. Сдали. Те)
Сдали... Потом опять возьмут. Восток - дело тонкое. А воевать там никто никогда не хотел. Грабить, резать - да. А драться - нет. Несколько более-менее боеспособных батальонов - вся сирийская "армия". И 35 самолетов ВКС России.
Ответить

Филофей
RE: -  (Сдали... Потом опять)
Ладно с ней, с Сирией... Что на обложке учебника печатать будем?
Ответить

еее
RE: -  (Ладно с ней, с Сирие)
Собор Василия Блаженного, разумеется. А для того - Афины ещё есть, Кипр и Крит. Никто разницы и не заметит. Да и Сирия... Телек неделю помолчит - никто и не вспомнит про Сирию.
Ответить

Филофей
RE: -  (Собор Василия Блажен)
А мне кажется, надо бы Новый Иерусалим...
Ответить

Добавить Комментарий »
X

*После отправки комментарий должен пройти модерацию

Имя

E-mail

Комментарий

Комментарии
Новости
Смотреть все Новости »
Комментарии
Первый баннер
Второй баннер
Третий баннер
Четвертый баннер

Sponsored content

Выбор редакции

+
...и еще материалы
X
Все Новости Новости Калуги Новости Обнинска Статьи Аналитика От первого лица Авторы Блоги Фоторепортаж Пресс-релизы Комментарии