☕ Ультрамариновый Кофе для Калуги и Обнинска

Мифы нелегальной миграции

Проблема межнациональных отношений – едва ли не наиболее острая из стоящих перед современной Россией. Но, к сожалению, окруженная целой чередой мифов и заблуждений

Мифы нелегальной миграции

Проблема межнациональных отношений – едва ли не наиболее острая из стоящих перед современной Россией. В то же время, она является и одной из самых сложных для обсуждения. Любой, рискнувший просто задуматься об этом, неминуемо сталкивается не только с отсутствием достоверной информации по вопросу, но и с целой чередой мифов и заблуждений. Некоторые из них возникают спонтанно, другие, возможно, сознательно культивируются определенными политическими силами. В любом случае, замалчивается самая суть проблемы, а раз так, то все разговоры о ней бесполезны, ведутся ли они на кухне или в высоких кабинетах.

Если прислушаться к современным СМИ, то в разноголосице мнений по проблеме межнациональных отношений в первую очередь всплывет термин «нелегальная миграция». Представители элиты и рядовые граждане самых разных политических взглядов активно обсуждают ее причины, особенности и методы противодействия. Можно сказать, что ведется сравнительно активная общественная дискуссия, что, конечно, очень хорошо. Однако, полезно будет проследить, не уводит ли эта дискуссия в сторону от проблемы.         

Для начала обратимся к истории вопроса. Несколько лет назад в новостях и заявлениях официальных лиц можно было услышать что-то вроде: «преступление совершено на бытовой почве, в нем нет национальной подоплеки». Должностные лица всячески пытались скрыть национальный след, указывая на бытовые мотивы. Но со временем это перестало работать – все стало слишком очевидно. Беспорядки в карельском городе Кондопога в сентябре 2006 года, по сути, прорвали информационную блокаду, и поставили вопрос межнациональных отношений перед широкой российской общественностью. 

Именно после этих событий все активно заговорили о нелегальной миграции, хотя участники митинга в Кондопоге обвиняли в убийствах выходцев из Чечни и Дагестана – полноправных граждан РФ. Власти начали активно бороться с нелегалами, принимать законы, создавать новые органы, проводить рейды. С 2006 года начали свою деятельность региональные подразделения Федеральной миграционной службы (ФМС), объединившие отделы по делам миграции и паспортно-визовые отделы МВД. Эти меры были востребованы и давали определенный результат, но к смягчению межнациональных трений не приводили.

Эта же проблема привлекла и оппозиционную общественность. Активисты Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ) пытались добиться депортации мигрантов, не всегда действуя строго в рамках закона. Группировки радикальной молодежи брали штурмом рынки и стройки. В коридорах власти и на интернет-форумах спорили о визовом режиме, квотах на миграцию, методах борьбы с нелегалами. 

Здесь возникает простой вопрос: а чем, собственно, легальные мигранты лучше нелегальных? Они будут платить налоги, пополнять бюджет, их труд подорожает, государственные доходы вырастут. Те деньги, что сейчас экономят работодатели бесправных мигрантов и получают в качестве взяток миграционные чиновники, уйдут в другие карманы. А что же получат от легализации граждане, те, в чьей среде и развивается «межнациональная рознь»?

Если легальные мигранты и появятся, то они все равно будут «отнимать рабочие места», или так будет казаться местным жителям. Если они не воспримут принятых в России законов и норм морали (будут, например, резать баранов и жарить шашлыки во дворах), местных жителей не успокоишь тем, что теперь у них есть миграционная карта и трудовая книжка.

И здесь интересы государство и общества расходятся, поскольку борясь за легализацию мигрантов, они преследуют принципиально разные цели. Цель государства – легализовать иммиграцию.  Мечта общества в том, что столкнувшись с проблемами легализации, мигранты исчезнут из России. Именно поэтому в России возникает ФМС (для государственного контроля иммиграции), а ДПНИ скатывается в экстремизм и запрещается (поскольку не может официальным путем добиться своей цели - снижения числа мигрантов).

Итак, мы столкнулись с первой проблемой. Общество желает выслать нелегалов из страны, а государство - поставить их под свой контроль. Поэтому общество не удовлетворяют предпринимаемые государством меры, а межнациональная напряженность продолжает нарастать.

В России, если верить большинству СМИ,  столкновения происходят, как правило, с нелегальными мигрантами или гражданами зарубежных стран. А что если обе стороны конфликта граждане РФ, но при этом разных национальностей? В таком случае, все усилия в области миграционной политики идут мимо цели, а проблема нелегальной миграции, по сути, служит ширмой для этнических конфликтов, зреющих внутри России. И это – вторая важная проблема.

А такие конфликты есть, и наиболее заметный из них - противостояние русских и жителей республик северного Кавказа. Примеры таких столкновений в изобилии можно найти в интернете, и сценарий всегда один и тот же. Сначала возникает первичный конфликт двух граждан или небольших групп, чаще всего как раз на бытовой почве (зачастую – в кафе или ночных клубах). А вот потом представители диаспор привлекают для его разрешения агрессивных соплеменников, коренное население также консолидируется. Конфликт ширится, и его участники либо вовсе не обращаются в правоохранительные органы, либо те оказываются бессильны. Конфликт выходит из правового поля, и на следующей «стрелке» сталкиваются уже две национальные группировки. Власти запоздало реагируют постфактум, разгоняя митинги и снимая с постов пару ответственных лиц. Таким образом, низкая эффективность правоохранительных органов в значительной мере способствует перерастанию бытового конфликта в межнациональный. На митингах националистов обвинения в адрес других народов всегда соседствуют с обвинениями правоохранительных органов в коррумпированности и неэффективности.

Фактически произошло следующее: две группы российских граждан, вступив в конфликт, предпочли не привлекать к его решению государство, а стали враждовать, разделившись на национальные группировки. Для Кавказа, где население исторически не знало развитых государственных институтов, и было вынуждено полагаться в решении проблем на свой тейп или клан, это – традиционная ситуация. Для современного государства с главенством закона и развитой правовой системой – ситуация вопиющая. Тем более, что к государственным структурам не хотят обращаться уже и представители титульной нации.

Итак, рост межнациональной конфликтности – в первую очередь признак слабости государственных структур Главный фактор роста межнациональной напряженности – неэффективность и коррумпированность российских государственных структур на всех уровнях. Именно от этого простого факта и скрывается правящая элита за ширмой миграционной проблемы.

В заключении, обратим внимание на еще одно расхожее заблуждение. Весьма распространено мнение, что национальный вопрос используется политическими силами, подогревается сознательно в политических целях и т.д. Напротив, все серьезные политические силы, как и сама российская власть, боятся даже заговорить о нем, стыдливо и с опаской отходят в сторону. Никто еще всерьез не пробовал «взорвать» Россию на национальной почве, активно и публично не призывал уничтожать другие народы и делить их имущество. Однако на эту роль уже есть два претендента: радикальный исламизм, и не менее радикальный национализм. Они ждут своего часа, и при сохранении существующих тенденций, ждать им не так уж и долго. 

05.11.13
Александр Коротышев
Аналитик, кандидат исторических наук, доцент Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского
*Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
X

*После отправки комментарий должен пройти модерацию

Имя

E-mail

Комментарий

Комментарии
Новости
Смотреть все Новости »
Комментарии
Первый баннер
Второй баннер
Третий баннер
Четвертый баннер

Sponsored content

Выбор редакции

+
...и еще материалы
X
Все Новости Новости Калуги Новости Обнинска Статьи Аналитика От первого лица Авторы Блоги Фоторепортаж Пресс-релизы Комментарии